Поиск по сайту:

» Почему мужики бухают и пьют?!

28.06.2011 рубрика: Интересные факты

Почему мужики бухают и пьют?!

Я предпочитаю дружить с женщинами. Нет, серьезно. Некоторые полагают, что никакой дружбы между мужчиной и женщиной быть не может. Что дружить умеют только настоящие, суровые мужики. А вот я как раз открыл, что так называемая мужская дружба имеет все признаки вяло текущего алкоголизма и бухалова. А дружба с женщиной гораздо приятнее, полезнее и к тому же продлевает жизнь.

Только для дружбы с женщиной выбирайте себе в друзья не по принципу смазливого личика и все побеждающего желания у таких смазливых лиц выскочить замуж, а по принципу ума и каких-нибудь других целей в жизни, кроме выйти за вас замуж и нарожать детей. И тогда вы заполучите настоящего друга, всегда готового дать совет и придти на помощь. Конечно, если у вашей подруги со временем все же не возникнет непреодолимое желание перевести вашу дружбу в другую, еще более приятную плоскость. Впрочем, и даже тогда вы ничего не теряете. И даже наоборот, приобретаете. Приобретаете нечто настолько уникальное, что вам могут завидовать все мужчины. А именно, дружбу и любовь в одном флаконе.

С мужиками же – смертная тоска, сплошное пьянство и бухло. Стоит двум мужикам собраться вместе, по самому важному и нужному делу – ну, там машину починить, крышу подлатать или огород вскопать, как венцом всех этих благих свершений всеобязательно будет что? Правильно. Пьянка.

Сняв себе новый дом в деревне и чтобы как-то навести мосты с местным населением я, наивный и неопытный, сначала пришел к соседям справа. Меня встретила пожилая пара добротного крестьянского пошиба. Она – крупная, «окающая» и «гакающая» мать семейства, которая вовремя убежала по хозяйству. Он – еще более крупный, с рабочими руками-лопатами и задравшейся поверх живота тельняшкой, который весело мне подмигнул и достал литровую бутыль какой-то мутной жидкости. Я к ним с коробкой шоколадных конфет, а они в меня самогонкой. Всего-то ничего, всего-то «по сто грамм», «чисто за знакомство», «как не выпить с хорошим человеком». Которые оказались ста граммами каждые пять минут, а пробыл я у них не меньше часа. Все мои двадцать два «Мне нужно идти», «У меня на плите суп кипит», «Я не могу столько пить – это антигуманно», были биты одним увесистым аргументом «Ты меня уважаешь?».

Как я оказался дома – я не помню. Весь последующий день я провел, мучаясь головной болью, отсутствием аппетита и давая себе клятвы никогда не пить ничего крепче пива.

В конце недели ко мне пришли соседи слева. Молодая пара со всеми признаками продвинутости и материальной обеспеченности. Пара пригласила меня к себе, и я, полагая, что с этими уж точно не напьешься, не долго думая, поспешил в их хоромы.

Он включил «плазму». Достал из бара бутылку коньяка, и знакомство началось. Когда бутылка была осушена, она пошла мыть посуду, а мы вывались на двор, подышать и… продолжить знакомство.

Поскольку коньяка уже не было, он откуда-то выудит литровую бутылку «домашнего вина», как он гордо заявил, и я согласился выпить «совсем чуть-чуть, за знакомство».

Домашнее вино оказалось смесью вишневого сока и водки, и довольно крепким. Я все порывался уйти домой, но, стоило мне встать со скамейки, чтобы неровным шагом направиться домой, как мой сосед тут же начинал обижаться, и я, чтобы как-то загладить свою вину перед ним, был вынужден этот мирный договор скрепить стаканчиком «домашнего вина». Так продолжалось – я вскакивал, чтобы пойти домой, он обижался, мы выпивали – раз десять, пока бутылка не опустела.

Тут я было подумал, что вот он, мой звездный час и уже запетлял по направлению к калитке, как мой новый друг рявкнул «Минуточку», исчез в дверях и ровно через минуточку появился с полторалитровой бутылкой пива.

«Не-е-е, я не буду» – было заблеял я. Но сосед меня не слышал и лишь молча открыл бутылку и сунул мне в руки. «Пей. А не то я обижусь» – с угрожающим видом, нежно сказал он мне. Я понял, что выбора пить или не пить у меня не было. И сделал пару глотков.

На следующее утро у меня раскалывалась голова, болело все тело и к тому же мучило чувство вины. Я пообещал больше никогда не пить ничего, даже пива.

Но уже на следующие выходные, я пришел после работы домой, чтобы в саду моего снимаемого дома, обнаружить хозяина дома и кого-то еще. Они были уже слегка навеселе и, хотя один видел меня всего два раза, а другой вообще не видел, весело заорали, словно повстречали своего ближайшего родственника, которому были должны сто долларов: «О-о-о, какие люди в Голливуде! Присаживайтесь… э-э-э, как, говорите, вас зовут?».

Я начал упираться, придумывая отговорки, одну идиотичнее другой: что у меня болит голова, что в руке у меня зашита противоалкогольная ампула, что мне надо срочно собираться и уезжать на Северный Полюс. Ничто не помогло. Меня силой усадили за импровизированный стол, дали рюмку, размером со стакан и налили в нее до краев вонючего самогона.

Я пытался закусывать самой жирной пищей, засовывая в рот куски жирного сала. Запивать все это компотом и минеральной водой. Пытался пропускать тосты, следующие один за другим – там, где кончался один, тут же начинался другой. Чтобы уже через час, если не ошибаюсь, после третьей бутылки на троих, остатками трезвого мозга понять, что я пьян в дымину.

Под предлогом похода в туалет, я отполз совсем в противоположную сторону, доковылял до дома, открыл дверь и как был завалился спать. Чтобы уже минут через десять забытья, быть разбуженным оглушительным грохотом в сенях.

Мои новые приятели, не дождавшись меня из туалета, не нашли ничего лучшего, как отправиться на мои поиски. У хозяина был ключ и он, открыв входную дверь, не рассчитав траекторию своих заплетающихся ног, споткнулся о высокий порог и со всего маху грохнулся своей стокилограммовой тушей на пол. Грохот от падения тела был усилен опрокидывающейся этажеркой со всяким хламом, которая стояла сразу у входа и за которую он спасительно и напрасно ухватился.

Я вскочил в постели, спьяну сначала подумав, что началась война и это рвутся вражеские снаряды. Потом подумал было, что ко мне забрались воры. А потом докумекал, что мои два новых друга не могли остаться равнодушными к моей пропаже и пошли на мои поиски. В темноте заблудились, не рассчитали силы земного притяжения, высоты порога и всего прочего, что всегда мешает, когда ты под мухой.

Высунувшись в сени, я увидал, что хозяин мерно храпит в сенях, припорошенный рассыпанными гвоздями, разными баночками и скляночками. Сильно качающийся из стороны в сторону силуэт его приятеля маячил уже за воротами. И поэтому я лишь тихо прикрыл дверь, не будя того, кто мирно похрапывал на полу, и отправился высыпаться.

На следующее утро, около полудня, я растолкал моего полуночного гостя. Тот что-то прохрюкал, протер глаза увесистой ладошкой размером с шестнадцатикилограммовую гирю и радостно заорал: «О-о-о, какие люди в Голливуде! Э-э-э, как, говорите, вас зовут?». С трудом поднялся и… предложил опохмелиться.

«У меня есть» – хитро подмигнул он. Я подумал о вчерашней самогонке и со всех ног кинулся на двор. Облегчив свой изнасилованный вчера желудок, прополоскав рот водой из-под крана, я, пошатываясь, вернулся, чтобы лицезреть довольную рожу хозяина, сидящего за столом в обнимку с бутылкой с мутной жидкостью…

С тех пор, я предпочитаю одиночество и уединение. Или, в крайнем случае, стараюсь водить дружбу с женщинами. Они, хотя и редко воздерживаются от того, чтобы в какой-то момент наших дружеских отношений, не начать придавать им романтический оттенок, по крайней мере, не спаивают меня.

А мужики… мужики все норовят напиться. При чем утонченно, на изящный деревенский манер называют это «выпить сто грамм» или «пять капель», и «ни-ни, не больше, что мы алкаши какие, что ли?». И теперь всякий раз, как меня кто-нибудь зовет, где что подмочь или я вынужден пойти в гости, я помогаю и интеллигентно так, пообещав вернуться, даю деру. А из гостей предпочитаю уходить по-английски. Уже через полчаса. Иначе, пощады не жди.

Другие материалы:


Добавьте комментарий:

Ваше Имя:*
Ваш E-Mail:*